В последнее время в моей практике участились случаи, когда запрос на семейную консультацию звучит примерно так: “Что нам делать, чтобы заставить его хорошо учиться?”, “Он ничего не хочет! Как это исправить?” или так: “Как мы можем помочь ребенку перестать лениться?” Родители расстроены, обеспокоены, они не понимают, что делать с подростком, который ничего хочет. Они перечисляют свои заслуги перед ним: и это сделали, и то купили, и туда свозили… А ему все равно… лишь бы модный гаджет не отобрали и в покое оставили.

Что же происходит сейчас с современными детьми? Почему они такие? Еще один вопрос, мучающий большинство родителей – “что мы сделали не так, где ошиблись?”

Попробуем разобраться в том, что происходит. Виноваты ли в этом родители, и могли ли они поступить иначе…

Людмила Петрановская в статье “Травмы поколений” пишет о том, как меняются жизненные установки каждого следующего поколения в результате событий, происходивших в жизни предыдущего. Великая война, голод и репрессии, случившиеся в середине ХХ века, оставили свой травматический след в каждой семье нашей страны. Каждая семья потеряла хотя бы одного мужчину, многие дети росли, никогда не видя своих отцов, или стыдясь их памяти.

Матери военного и послевоенного времени должны были выжить любой ценой: они работали с утра до ночи, давили в себе боль и жалость, учились быть стойкими и несгибаемыми. И научились! Их дети практически не видели ласки, они ходили в детский сад на пятидневку, старались во всем помогать, быть прилежными и послушными. С самого детства они знали, что нужно работать, знали цену куску хлеба, но при этом имели смутное представление о безусловной родительской любви. Собственный опыт подсказывал им, что любовь нужно заслужить, и любить можно в случае, если ребенок хорошо учится, занимается спортом, помогает старшим, заботится о младших братьях и сестрах и т.п.

Узнаете? Под это описание подходит большинство бабушек и дедушек поколения двухтысячных годов. Они до сих пор не могут сидеть без дела, готовы опекать и детей, и внуков, помогать им и морально, и материально. И для них до сих пор, главное, чтобы не было войны, и чтобы дети были накормлены.

Теперь поговорим о родителях современных подростков. Какие жизненные установки управляют ими? Они – дети детей войны. И они тоже с самого раннего детства знали, что нужно много работать. Выросшие в эпоху тотального дефицита, они стремятся к тому, чтобы их дети имели все. Помня о том, как было больно и обидно, когда хотелось иметь велосипед, но не было денег (или велосипедов), вчерашние дети стараются дать детям сегодняшним все, что нуждались когда-то сами.

Мама все детство мечтала быть балериной – и вот девочку водят на танцы, не задумываясь, насколько ей это нравится и хочет ли она танцевать. Папа хотел стать чемпионом, поэтому сын обязательно должен заниматься спортом. И совершенно неважно при этом, что сын хотел бы играть на скрипке или мастерить роботов.

У большинства родителей теперь есть высшее образование, а у некоторых и не одно. Им практически невозможно представить, как это их сын или дочь не поступят в ВУЗ. И вот целая армия репетиторов занимается с мальчиком или девочкой математикой, английским или физикой, не обращая никакого внимания на то, к чему лежит душа у ребенка.

Современные дети привыкли к тому, что за них все будет решено: и кем быть, и где жить, и на какой машине в будущем ездить. Они не знают, чего хотят на самом деле, потому что за них всегда хотели родители. Потребности родителей и детей перестали различаться. И когда я задаю вопрос ребенку, чего бы он хотел достичь в жизни, он послушно пересказывает мне картинку, придуманную для него родителями. Правда, иногда подростки и молодые люди начинают сопротивляться навязанной им картине мира, и вот тогда родители ведут их к психологам и просят “починить сломавшуюся игрушку”.

Однажды ко мне пришла мама с дочерью. Записываясь по телефону на прием, она сказала, что ее очень беспокоит что ребенок не знает, чего хочет. Рассказывая о дочери, она все время употребляла словосочетание “мы”: “мы учились, мы были у врача, мы ходили на консультацию” и т.д. Когда они пришли в кабинет, выяснилось, что “ребенку” 20 лет. Об отце девочки мать ничего не сказала, только то, что развелись они больше 15 лет назад. До недавнего времени девочка была послушной, делала то, что хотела мама, прилежно училась, в клубы не ходила, ночевала дома. А потом стала “бунтовать” и начала отстаивать свое право на личную территорию (закрывать дверь в свою комнату), на личное времяпровождение (проводить выходные без мамы), на личные чувства (встречаться с родным отцом, несмотря на протесты мамы). И мама забила тревогу! Как же так? Дочь больше не любит маму, не слушается, не уважает, делает все назло и т.д. Стала водить по специалистам, клиникам, и в конце концов привела ко мне.

Я предложила им построить картину своих отношений с помощью кинетического песка и коллекции маленьких фигурок. Они подошли к песочнице с противоположных сторон. Сначала сидели молча, не зная, с чего начать, девушка по привычке ждала указаний от матери. Потом нерешительно подошла к шкафам с фигурками. Первое, что она взяла, был забор, которым она обозначила границу в песке между собой и матерью. Потом еще один, дальше две живые изгороди и несколько елок. Маме стало не по себе. Она тоже пошла к фигуркам, взяла несколько диких зверей, поставила их среди елок, объяснив, что дикие звери живут в лесу. Дальше, чтобы не ставила в поднос дочь, мать находила способ дополнить, улучшить или изменить положение. В результате через час каждая фигурка, поставленная дочерью, была окружена теми, которые поставила мать.

Когда они закончили, я предложила им поменяться местами и взглянуть на получившуюся картину с другой стороны. И только в этот момент мать увидела, насколько тесно ее дочери, насколько мало у нее свободного пространства и насколько сильно душит она ее своей заботой. Она впервые поняла, что на самом деле для нее невыносима мысль, что дочь уйдет от нее, и она снова останется одна и никто больше не будет ее любить так, как раньше. И стала рассказывать о том, что ее не любили родители, и когда у нее родилась дочь, она решила, что, наконец-то, у нее появился свой собственный источник любви, который она спрячет от всех, будет беречь и заботиться о нем. Она всегда знала, как будет лучше для дочери, она выбрала ей лучший детский сад, лучшую школу, водила ее в разные кружки, в общем, “жизнь на нее положила”, а в результате получилось, что у дочери нет собственной жизни, собственных желаний, есть только мама и ее надежды. И как хотеть чего-то самой, она не знает.

Я стала работать с дочерью, а маме рекомендовала другого специалиста. Через несколько недель девушка смогла произнести вслух слова “я хочу пойти на свадьбу к папе”, “я хочу перевестись в другой ВУЗ, потому что я хочу быть дизайнером, а не менеджером по продажам”.

Эта история с благополучным финалом. А сколько родителей пока не готовы осознать, как они сами лишают своих детей желаний, устремлений и надежд. Многие не готовы признать, что их дети смогут справиться сами, смогут определиться с выбором профессии. И каждый раз, лишая ребенка права на собственное мнение, личную территорию, они тем самым превращают его в человека, который “ничего не хочет”. А ведь хотели-то как лучше…